Научные статьи

10:50 | 14 апреля 2017 г.

In English

ФАКТОР МОРАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ

Богдан

кандидат юридических наук, доцент, заместитель начальника Всероссийского научно-исследовательского института Министерства внутренних дел Российской Федерации по научной работе

Данная статья посвящена некоторым аспектам развития правовых основ морально-психологического обеспечения национальной безопасности Российской Федерации в условиях ослабления международно-правового регулирования в военной сфере.

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ

Анализ военно-политических событий современности убедительно свидетельствует о том, что за 25 лет, прошедших после окончания холодной войны, регулятивная функция международного права неуклонно ослабляется. Это связано, прежде всего, с тем, что с изменением баланса сил на мировой арене решительных действий в области укрепления правового регулирования не произошло. Причины этого процесса лежат вне предмета нашего исследования, поэтому здесь не будем их подробно разбирать. Отметим лишь политический аспект. После коренного изменения баланса сил и ухода с мировой арены такого крупного участника международных отношений, как Советский Союз, каких-либо важных решений в сфере укрепления международно-правовых основ безопасности и мирового правопорядка предпринято не было.

Страны, полагавшие себя победителями в холодной войне, в полной мере использовали предоставленную историей возможность пренебречь нормами и принципами международного права во имя своих национальных интересов. Это послужило одной из причин развязывания многочисленных локальных войн и вооруженных конфликтов в 1990-х – 2000-х гг.

Научно-технический прогресс позволил, с одной стороны, придать обычным вооружениям характеристики и свойства оружия массового поражения. При этом международно-правовое регулирование в сфере обычных вооружений практически не изменилось со времен Второй мировой войны. С другой стороны, перенос военного противоборства в воздушно-космическую сферу, который станет практически неизбежным в ближайшее время, создает невиданные возможности для полного контроля любого театра военных действий в условиях отсутствия какого бы то ни было международно-правового ограничения размещения неядерных вооружений в околоземном космическом пространстве.

Это техническая сторона вопроса. Что касается морального аспекта современных войн и вооруженных конфликтов, то и здесь мы наблюдаем резкое падение значения как правовых, так и моральных регуляторов. Казалось бы, изжитые в XX в., подвергнутые уголовному преследованию и осуждению преступления, прежде всего военные, нацизма и фашизма, расизма и апартеида, возрождаются и вновь используются античеловечными режимами для достижения агрессивных и захватнических целей. Террор на государственном уровне становится одним из средств подавления или, как это сейчас называют, сдерживания геополитического соперника.

Со второй половины 2013 г. по настоящее время военно-политическая обстановка в мире вокруг Российской Федерации находится в стадии постоянной эскалации. По мнению отдельных исследователей, против России ведется открытая морально-психологическая война, или гибридная война [3], обусловленная целями и задачами сдерживания социально-экономического и военного развития Российского государства со стороны Организации Североатлантического договора (НАТО) под руководством Соединенных Штатов Америки на фоне активной борьбы за природные ресурсы и геополитическое господство в глобальном масштабе. В связи с невозможностью прямого применения вооруженных сил страны НАТО прибегают к использованию невоенных методов так называемого геополитического сдерживания, носящим экономический, морально-психологический и информационно-психологический характер. При этом цели, преследуемые в ходе таких действий, полностью соответствуют целям традиционных войн.

В обход действующих норм международного права гибридная война стала идеальным инструментом современной политики агрессора. Сторона, развязавшая гибридную войну и добивающаяся своих целей в вооруженном противоборстве, официально не является стороной конфликта. Это позволяет откровенно пренебрегать и правом войны, и международным гуманитарным правом, и любыми международными обязательствами.

Применение таких методов ведения противоборства создает новые угрозы и вызовы национальной безопасности Российской Федерации, характеристика которых представлена в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 г. № 683 [1].

К основным угрозам национальной безопасности, носящим комплексный и взаимосвязанный характер, относятся:

1) в морально-психологической сфере:

 дискриминация духовных и моральных ценностей российского общества;

 фальсификация истории России, и особенно ее военной истории;

 культивирование враждебной России крайне правой националистической, экстремистской и террористической идеологии;

 целенаправленное формирование у населения образа врага в лице России;

 распространение терроризма, межнациональной розни, религиозной вражды, иных проявлений экстремизма.

2) в информационно-психологической сфере:

 усиливающееся противоборство в глобальном информационном пространстве с применением информационных и коммуникационных технологий манипулирования общественным сознанием;

 создание негативного имиджа России как государства-агрессора и государства-изгоя;

 формирование образа России как врага цивилизации и угрозы миру;

3) в социально-правовой сфере:

 разрушение международного правового пространства, покушение на российскую юрисдикцию, захват и осуждение граждан России под надуманными предлогами;

 вторжение в национальное правовое поле России, пренебрежение российскими правовыми институтами, навязывание превосходства норм англосаксонского права, подмена ими международных правовых норм;

 лишение граждан Российской Федерации возможности отстоять свои права в национальных и международных судебных инстанциях;

 другие угрозы.

Для успешного противостояния, а по сути выживания, в этой новой войне нам необходимы не только новые виды вооружения и новые способы их применения, но также и новые формы и методы ведения «небоевых» действий. Как известно, все новое – это хорошо забытое старое. Поэтому в условиях ведения гибридной, морально-психологической войны одним из основных видов обеспечения национальной безопасности, по нашему мнению, становится морально-психологическое обеспечение.

По словам премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля, генералы всегда готовятся к прошедшей войне [5]. Да, это действительно так. Однако и новая война – это продолжение старой, но другими способами и средствами. Цели и задачи наших противников за последние 800 лет со времен Крестового похода на Русь (1232–1242) мало чем изменились. Историко-правовой опыт также требует предметного изучения и учета [4].

Одной из важнейших характеристик гибридной войны является ее морально-психологический аспект. Противоборство ведется преимущественно в морально-психологической сфере и информационном пространстве. Объектами информационного и морально-психологического воздействия являются: с одной стороны, сознание и психика военнослужащих и гражданского населения своей страны, а с другой – морально-психологическое состояние войск и населения страны (коалиции стран) противника. Цели воздействия принципиально отличаются: свои силы и гражданское население необходимо убедить в справедливости и правоте ведения гибридной войны; население и войска противника следует максимально деморализовать, склонить на свою сторону и заставить отказаться от сопротивления.

По нашему мнению, необходимо выделить следующие особенности морально-психологического обеспечения действий войск в условиях гибридной войны:

– во-первых, индивидуализация или персонализация морально-психологического воздействия. Вербовщики террористических организаций действуют в Интернете избирательно, точечно. От морально-психологического состояния летчика за штурвалом бомбардировщика дальней авиации, оператора  за пультом ракетного комплекса зависит точность поражения цели. Психологическая устойчивость высшего командного состава определяет успех войсковой операции и сражения, а военно-политического руководства – всей войны в целом.

– во-вторых, в условиях ведения вооруженного противоборства на локальных театрах военных действий успех достигается действиями тактического и оперативно-тактического звеньев управления, поэтому главные усилия морально-психологического обеспечения должны быть сосредоточены именно там.

– в-третьих, ведущую роль играют новые технологии, формы, методы и способы оказания морально-психологического воздействия как на личный состав своих войск, так и на противника. «С лейкой и блокнотом» уже невозможно сформировать и поддерживать необходимый уровень боевой активности личного состава. На первый план выходят информационные и информационно-психологические технологии.

Вместе с тем, основной массив нормативных правовых актов, регулирующих правоотношения в сфере морально-психологического обеспечения, сложился в конце 1990-х – первой половине 2000-х гг., т. е. уже морально устарел. Так и остался нерешенным вопрос о переходе к единой системе морально-психологического обеспечения деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов. Нормативно-правовые и организационные основы морально-психологического обеспечения фрагментарны, непоследовательны и внутренне противоречивы. До сих пор не выработана единая терминология в области морально-психологического обеспечения. В каждом федеральном органе исполнительной власти, выполняющем государственные функции по обеспечению национальной безопасности, существует свой подход к работе с личным составом.

Путь решения указанных проблем может заключаться в разработке основ государственной политики в области морально-психологического обеспечения национальной безопасности Российской Федерации. Затем на этой основе следует внести изменения и дополнения в федеральные законы и подзаконные акты, регулирующие основы обеспечения национальной безопасности. Далее предстоит в каждом федеральном органе исполнительной власти, обеспечивающем национальную безопасность, принять ведомственные нормативные правовые акты, определяющие порядок организации морально-психологического обеспечения деятельности войск (сил) вплоть до тактического звена.

Таким образом, результаты проведенного исследования убедительно доказывают, что в условиях ослабления регулятивной функции международного права фактор морально-психологического обеспечения не только сохраняет свое влияние на ход и исход вооруженного противоборства, но и позволяет достичь победного результата при равных, а порой и превосходящих материальных силах противника.

В связи с изложенным проблема правового регулирования морально-психологического обеспечения национальной безопасности приобретает новое значение на всех уровнях военной организации Российского государства. Пришло время консолидации усилий на основе выработки и принятия единых концептуальных подходов к нормативному правовому регулированию морально-психологического обеспечения национальной безопасности в государственном масштабе.

ЛИТЕРАТУРА

1. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации: утв. Указом Президента Рос. Федерации от 31 дек. 2015 г. № 683 // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2016. – № 1. – Ч. 2. – Ст. 212.

2. Буренок В.М. Национальная безопасность России в эпоху сетевых войн / В.М. Буренок, Е.В. Горгола, С.Ф. Викулов. – М.: Граница, 2015. – 192 с.

3. Клименко С. Теория и практика ведения «гибридных войн» (по взглядам НАТО) 2015 // Зарубеж. воен. обозрение. – 2015. – № 5. – С. 109–112.

4. Серов В.В. Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений.  – М.: Локид-Пресс, 2003. – 677 с.

5. Шаскольский И.П. Борьба Руси против крестоносной агрессии на берегах Балтики в ХII–ХIII вв. – Л.: Наука, 1978. – 246 с.

Комментарии (0)

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста, авторизуйтесь.

Нет комментариев

Обратная связь