Научные статьи

06:30 | 10 апреля 2017 г.

In English

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРИМЕНЕНИЯ ВИДЕОКОНФЕРЕНЦ-СВЯЗИ ПО ПРОВЕРКЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕННОЙ ИНФОРМАЦИИ В РАЙОНАХ ВООРУЖЕННОГО КОНФЛИКТА

Кантемир

адъюнкт кафедры криминалистики Военного университета Министерства обороны Российской Федерации

В статье автор рассматривает возможности применения технических средств в условиях боевой обстановки и повышенной опасности. Предложены изменения действующего законодательства в части проведения следственных процедур при наличии опасности для жизни и здоровья участвующих лиц в сторону упрощения производства отдельных следственных действий.

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ

Расширение спектра угроз территориальной целостности Российской Федерации в результате внутренних вооруженных конфликтов объективно ведет к более широкому привлечению Вооруженных Сил Российской Федерации для защиты российского федерализма (вооруженный конфликт в Чеченской Республике в 1994–1996 гг. , контртеррористические операции в Северо-Кавказском регионе в 1999–2008 гг. и Сирийской Арабской Республике в 2015–2016 гг.), а также граждан Российской Федерации (грузино-югоосетинский вооруженный конфликт в 2008 г.).

Новые экстремальные обстоятельства потребовали от военных следственных органов активно искать адекватные организационно-правовые формы деятельности, так как обычная организация работы военных следственных органов, их система и порядок расследования преступлений в районах вооруженного конфликта не всегда приемлема. Производство следственных действий в районах вооруженного конфликта также отличается существенными особенностями, определяемыми экстремальными условиями их проведения. Вследствие этого в современных условиях военные следственные органы заинтересованы в активном использовании возможностей правовой науки, в том числе криминалистики, для теоретического осмысления проблем расследования преступлений в районах вооруженного конфликта и разработки комплекса научно-практических криминалистических положений и рекомендаций по оптимизации процесса раскрытия и расследования преступлений, совершаемых военнослужащими в районах вооруженного конфликта.

Проверки сообщений о преступлениях и расследование уголовных дел о совершенных преступлениях производит в большинстве случаев управление по расследованию преступлений, связанных с применением запрещенных средств и методов ведения войны, созданное в 2014 г. в составе Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации, во взаимодействии с иными подразделениями центрального аппарата и военными следственными органами Следственного комитета, органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, МИДом России и другими компетентными органами Российской Федерации. 

Собирание и проверка доказательственной информации по уголовным делам производится на территории Российской Федерации, при необходимости собирания и проверки доказательственной информации, находящихся за рубежом, – строго в порядке, предусмотренном международными договорами Российской Федерации.

В последние годы внедрение в повседневную практику правоохранительных органов значительного количества технических средств самого разного назначения ускорилось настолько, что действующее законодательство не успевает адаптироваться к постоянно меняющимся условиям, за счет чего затрудняется использование инновационных разработок в борьбе с преступностью. 

Возможность применения при производстве следственных действий технических средств и способов обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств (ч. 6 ст. 164 УПК РФ) позволяет компен¬сировать недостатки человеческого восприятия, запоминания, сохранения, вос¬произведения, переработки и передачи поступающей в ходе расследования ин¬формации. В результате значительно повышаются эффективность и качество уголовного судопроизводства.

В УПК РФ законодатель вполне правомерно отказался от перечня технических средств. Это обусловлено тем, что в условиях научно-технического прогресса, когда постоянно появляются все новые и новые технические средства и способы обнаружения, фиксации и изъятия следов преступ¬ления и вещественных доказательств, просто невозможно исчерпывающе их перечислить.

Вместе с тем, по-прежнему не сформулированы на законодательном уровне общие условия использования технических средств в уголовном процессе (например, научная состоятельность, соответствие этическим требованиям, прин¬ципам и нормам уголовного судопроизводства). Не содержит закон и пе¬речня обязательных случаев применения технических средств при производстве следственных действий. Исключениями являются фотографирование предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголов¬ном деле (ч. 2 ст. 82 УПК РФ), а также применение звукозаписи при контроле и за¬писи переговоров (ч. 6 ст. 186 УПК РФ).

Доказательственное значение материалов применения технических средств в ходе следственных действий рассматривается, как и ранее, в режиме приложения к протоколу (ч. 8 ст. 166 УПК РФ). Только фонограммы телефонных и иных переговоров приобщаются к материалам уголовного дела как веществен¬ное доказательство (ч. 8 ст. 186 УПК РФ). Однако такое положение дел вступает во все большее противоречие с современными условиями борьбы с преступностью, практически отрицает значение технических средств в раскрытии и рас¬следовании преступлений.

По сути, неизменными остаются процессуальные правила применения технических средств при производстве следственных действий (ч. 5 ст. 166, ч. 4 ст. 190 УПК РФ), неоправданно усложненные, громоздкие, требующие дополни¬тельных затрат времени и за счет этого теряющие свою эффективность. Высказанные в литературе предложения по упрощению этих правил, к сожалению, не были восприняты законодателем [4].

Федеральным законом от 20 марта 2011 г. № 39-ФЗ внесены изменения в УПК РФ, предусматривающие возможность проведения допроса свидетеля и потерпевшего по уголовному делу путем использования конференц-связи. Допрос производится судом по месту нахождения свидетеля или потерпевшего по поручению суда, в производстве которого находится уголовное дело [1].

Соответствующие поправки внесены в ст.ст. 240 и 277 УПК РФ. Кроме того, Кодекс дополнен новой ст. 278.1 об особенностях допроса свидетелей с использованием систем конференц-связи.

В частности вновь введенная статья 278.1 УПК РФ предусматривает, что допрос свидетеля посредством систем конференц-связи производится по общим правилам УПК РФ. Суду предоставлено право проведения допроса свидетеля (потерпевшего) в специфической форме. Последние могут быть «допрошены» путем использования систем видеоконференц-связи. Данная фраза означает, что во время такого рода допроса у свидетеля (потерпевшего) могут выясняться сведения о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе о его взаимоотношениях с участниками уголовного процесса (ч. 2 ст. 78 УПК РФ). 

До проведения процедуры допроса суд по месту нахождения свидетеля производит все необходимые процессуальные действия – устанавливает личность свидетеля, отбирает у него подписку о разъяснении ему прав и обязанностей и об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. Подписка, а также иные документы, представленные свидетелем, направляются в суд, рассматривающий уголовное дело.

Допрос свидетеля (потерпевшего), о котором речь идет в ст.ст. 240 и 278.1 УПК РФ, – это судебное (следственное) действие, в ходе которого судом, рассматривающим уголовное дело, в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства осуществляется процесс заслушивания устной речи (реже при невозможности потерпевшим устно сообщить информацию – заслушивания переведенной в устную жестовой речи, дактилологии) свидетеля (потерпевшего), ход и результаты которого должны быть зафиксированы в соответствующем протоколе судебного заседания. В ходе допроса сам допрашиваемый находится за пределами помещения, где проходит судебное заседание. Суд в то же время видит и слышит свидетеля (потерпевшего) и может оценить его показания (ответы на вопросы, заявления, ходатайства и т. п.).

В результате производства рассматриваемого судебного (следственного) действия формируется доказательство, именуемое показаниями свидетеля (потерпевшего). И хотя они обязательно должны фиксироваться в составляемом судом, рассматривающим уголовное дело, протоколе судебного заседания, протокол судебного заседания – самостоятельное доказательство, так же как и показания свидетеля (потерпевшего). 

Законодателем право допроса свидетеля (потерпевшего) путем использования систем видеоконференц-связи предоставлено лишь суду. Соответственно, следователю (дознавателю и др.) законодатель не предоставил такой возможности.

Полагаем, что аналогично данной процедуре необходимо внести поправки в УПК РФ в части проведения в исключительных случаях, в том числе боевой обстановки, допроса (повторного допроса, очной ставки) с использованием конференц-связи следственными органами. Это будет способствовать наиболее быстрому, качественному, полному и всестороннему расследованию уголовных дел и предотвратит создание опасности для жизни и здоровья участвующих в следственных действиях лиц. 

В таком случае конференц-связь можно использовать между следующими участниками: следователь–свидетель, следователь–потерпевший, следователь–потерпевший–свидетель и т. п. Показания свидетеля (потерпевшего) заносятся в протокол следственного действия, который ведется следователем (дознавателем), расследующим уголовное дело, а не должностными лицами по месту нахождения свидетеля (потерпевшего). Ведение протокола судебного действия по месту нахождения свидетеля (потерпевшего) необязательно. Сведения об использовании в ходе допроса средств аудио-, видеозаписи, систем видеоконференц-связи и (или) иных технических средств должны быть отражены в протоколе следственного действия. Процессуальное оформление должно сопровождаться непрерывной видеозаписью допроса с приложением ее результатов к протоколу следственного действия. 

Перед началом допроса свидетеля (потерпевшего) путем использования систем видеоконференц-связи осуществляется следующее:

– следователь (дознаватель), расследующий уголовное дело, констатирует наличие: фактических оснований для допроса данного конкретного свидетеля (потерпевшего), необходимости (фактических оснований) производства допроса свидетеля (потерпевшего) путем использования систем видеоконференц-связи;

– следователь (дознаватель) принимает решение о проведении допроса свидетеля (потерпевшего) путем использования систем видеоконференц-связи.

Производство допроса путем использования систем видеоконференц-связи возможно двумя способами: 

1) по поручению следователя (дознавателя) по месту нахождения свидетеля (потерпевшего); 

2) непосредственно со свидетелем (потерпевшим) при наличии технической возможности. 

Для исполнения поручения о допросе следователь (дознаватель) поручает другому органу предварительного расследования по месту нахождения свидетеля (потерпевшего) организовать проведение допроса свидетеля путем использования систем видеоконференц-связи. После допроса уполномоченные на то лица по месту нахождения свидетеля (потерпевшего) вызывают (организует привод) к себе свидетеля (потерпевшего).

Ввиду отдаленности лиц, участвующих в следственном действии, (например, военнослужащий, допрошенный в качестве свидетеля, был ранен в бою, в связи с чем переведен в другой регион для прохождения лечения) при повторном допросе либо очной ставки могут также быть допрошены с использованием систем видеоконференц-связи при условии наличия собственной электронной подписи, зафиксированной в ходе первичного допроса, и технической возможности. При этом свидетель (потерпевший) должен дать свое согласие на проведение данного следственного действия с использованием технических средств, выразив его в подписке. При оформлении протокола электронная подпись может быть средством, удостоверяющим факт ознакомления с протоколом соответствующего следственного действия по его окончанию. Электронная подпись лица, участвующего в следственном действии, должна быть занесена в единый журнал строгой отчетности с указанием даты и времени ее использования и конкретного следственного действия, что должно предотвратить возможное незаконное ее использование в дальнейшем.

Система видеоконференц-связи может использоваться при наличии у лиц, участвующих в следственном действии, технической возможности. В соответствии с разъяснением, содержащимся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 г. № 12, под технической возможностью понимается наличие в арбитражном суде исправной системы видео-конференц-связи и объективной возможности провести судебное заседание данным способом в пределах установленного законом срока рассмотрения дела [2]. Это разъяснение может быть использовано по аналогии.

Согласно ч. 1 ст. 278.1 УПК РФ суд, рассматривающий уголовное дело, «выносит решение» о проведении допроса свидетеля (потерпевшего) путем использования систем видеоконференц-связи, следуя логике данной дефиниции и тому факту, что в ч. 1 ст. 278.1 УПК РФ допросу с использованием коммуникаций должно предшествовать оформленное соответствующее постановление, в котором должны быть обоснованы основания ее использования, подтверждающие исключительность случая, а также условия ее проведения и сведения об используемой технике. 

Также конференц-связь можно использовать при взаимодействии с экспертами по вопросу проведенной ими экспертизы, в том числе допроса.

К.С. Щедринов справедливо отметил, что в период вооруженного конфликта в Чеченской Республике (1994–1996) военные следственные органы зачастую сталкивались с проблемой несвоевременного производства судебной экспертизы, так как в условиях боевой обстановки место совершения преступления в любой момент времени могло быть подвергнуто артиллерийскому или минометному обстрелу или же оказаться под контролем участников незаконных вооруженных формирований, а военнослужащие, подлежащие направлению на экспертизу, могли погибнуть, получить ранения или попасть в плен, что влекло за собой утрату следов преступления и затрудняло дальнейшее расследование уголовного дела [5].

Несмотря на предпринимаемые организационные меры, наибольшие нарекания следователей военных следственных органов вызывали: 

– длительные сроки проведения экспертиз – 34,0%; 

– финансовые расходы – 26,8%; 

– порядок назначения и процесс производства экспертизы (недостаток образцов для сравнительного исследования) – 16,5%; 

– недостаточный уровень квалификации экспертов – 12,4%; 

– узкий спектр проводимых экспертных исследований в судебно-медицинской лаборатории военного округа – 10,3%. 

При этом в первую очередь ощущался недостаточный уровень квалификации экспертов для проведения следующих видов экспертиз: а) судебно-психиатрической – 31%; б) автотехнической – 14,3%; в) баллистической – 14,3%; г) биологической – 14,3%; д) судебно-медицинского исследования трупов – 9,5%; е) почерковедческой – 9,5%; ж) психологической – 7,1% [3].

Представляется целесообразным в полной мере использовать в районах вооруженного конфликта видеоконференц-связь, что позволит сократить сроки расследования уголовных дел и будет способом минимизации влияния вышеуказанных негативных факторов на проведение следственных действий.

Проведение следственных действий в условиях существования опасности для жизни и здоровья их участников очень часто – суровая ре-альность современной действительности (например, на месте проведения контртеррористической операции), но иногда другими средствами получить доказательства невозможно. На наш взгляд, в виде исключения из общего пра¬вила необходимо для подобных ситуаций предусмотреть в законе (ст. 164 УПК РФ) возможность проводить следственные действия даже при наличии опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц. При этом должны соблюдаться следующие условия:

– следователь, осознающий характер и степень опасности, а также специалист и должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в случае их привлечения к участию в следственном действии должны дать на это письменное согласие;

– участие в следственном действии других участников исключается;

– на проведение следственного действия, в ходе которого его участникам может угрожать опасность для жизни и здоровья, необходимо согласие прокурора;

– следственное действие должно проводиться только по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях;

– при его производстве должны применяться технические средства фиксации;

– при технической возможности допускать применение дронов (беспилотных летательных аппаратов, оснащенных средствами фото- и видеофиксации) на месте происшествия в районе с повышенным риском для жизни, в том числе в районах проведения контртеррористических операций.

В ближайшей перспективе уголовно-процессуальное законодательство потребует существенного реформирования с учетом возможности применения технических средств и материалов, получаемых с их использованием, не только как вспомогательных инструментов при расследовании и раскрытии преступлений, но также и основных средств протоколирования следственных действий.

Таким образом, в действующем уголовно-процессуальном законодательстве не сформировался единый принцип использования понятий, относящихся к техническим средствам, применяемым в сфере уголовного судопроизводства. Существующий в настоящее время подход, в соответствии с которым в круг перечисленных в законе технических средств периодически, по мере их появления, включаются все новые и новые технические средства, не может быть признан объективно обусловленным, так как он изначально предусматривает отставание уголовно-процессуального законодательства от уровня и темпов развития науки и техники.

ЛИТЕРАТУРА

1. О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 20 марта 2011 г. № 39-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2011. – № 13. – Ст. 1686.

2. О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»: постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Рос. Федерации от 17 февр. 2011 г. № 12 // Вестн. Высшего Арбитражного Суда Рос. Федерации. – 2011. – № 4.

3. Лавренюк Г.П. Обоснование принципов и разработка системы организации военной судебно-медицинской службы в Вооруженных Силах Российской Федерации в мирное и военное время: дис… д-ра мед. наук. – СПб., 1996.

4. Семенцов В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя: дис. … канд. юрид. наук. – Екатеринбург, 1994. – С. 23–26.

5. Щедринов К.С. К вопросу производства некоторых видов судебных экспертиз при расследовании преступлений в районах вооруженного конфликта // Воен.-юрид. журн. – 2011. – № 3.

Комментарии (0)

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста, авторизуйтесь.

Нет комментариев

Обратная связь