Научные статьи

16:06 | 23 июля 2018 г.

In English

К ВОПРОСУ О ПАРАДИГМЕ И ОСНОВАНИЯХ КЛАССИФИКАЦИИ СУБЪЕКТОВ ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ С ИНОСТРАННЫМИ ГОСУДАРСТВАМИ

Дарья

соискатель кафедры гражданского права Военного университета Российской Федерации

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ

Современные мировые геополитические процессы влекут изменения социально-экономического и нормативно-ценностного характера [15], а также изменения в политической и военной расстановке сил, что, в свою очередь, требует повышения обороноспособности любого, даже самого миролюбивого, государства, частью которой выступает и совершенствование военной администрации, системы военного законодательства, её отдельных элементов и структуры в соответствии с  вызовами времени и самой правовой системы государства как сложной, постоянно эволюционирующей системы [7]. Актуальным представляется также вопрос совершенствования военной организации государства как средства достижения стратегических целей обороны Российской Федерации [9], и последнее реализуется также через систему поставок и закупок вооружений и военной техники в рамках военно-технического сотрудничества Российской Федерации с зарубежными государствами.

Наряду с иными системными целями военно-технического сотрудничества Российского государства с государствами иностранными, в качестве важнейшей видится поддержание технической и технологической оснащённости отечественных Вооружённых Сил на должном уровне, а также обеспечение военного присутствия Российской Федерации в регионах, в которых отсутствуют собственные военные контингенты. Достижению данной цели в немалой степени способствуют субъекты военно-технического сотрудничества, многообразие которых говорит о необходимости установления особенностей их правового статуса и формирования их классификации, которая способствовала бы дальнейшему совершенствованию российского законодательства.

Полагаем, что участников отношений в сфере военно-технического сотрудничества следует рассматривать и классифицировать с точки зрения как их организационно-правового статуса (особенностей их гражданско-правового положения), так и их правомочий и выполняемых функций (в том числе и публично-правовых) в указанной сфере [5], т. е. они должны характеризоваться с учётом двойственности их правового положения – и как субъектов частноправовых, и как субъектов публично-правовых отношений.

Представляется целесообразным выстраивать парадигму действующих участников военно-технического сотрудничества (ВТС) по принципу организационно-правовой формы, в которой они осуществляют свою деятельность. По данному основанию классификации участники ВТС могут быть разделены на акционерные общества и государственные корпорации. В качестве государственной корпорации как элемента системы организационно-правовых форм участников ВТС действует исключительно Государственная корпорация «Ростех» (до 21 июля 2014 г. – «Ростехнологии»). Эта государственная корпорация как юридическое лицо создана Российской Федерацией (ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции "Ростех"» [2]). Введение в систему юридических лиц названной организационно-правовой формы объясняется специфической миссией, стоящей перед данным участником отношений по закупке и поставке вооружений и военной техники и связанной с осуществлением деятельности особого вида – проведения рекламно-выставочных и маркетинговых мероприятий по предложению к закупке (поставке) российской продукции военного назначения на мировом рынке вооружений, участия в организации и проведении выставок (показов) указанной продукции.

Особую роль в системе субъектов военно-технического сотрудничества играет государственный посредник. Государственный посредник представляет собой вид юридического лица, т. е. субъекта гражданского права – акционерного общества, единственным акционером которого является Государственная корпорация «Ростех» (ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами» [1]), но с преобладанием административно-правового регулирования. Государственный посредник создается с динамически преследуемой целью – обеспечение и осуществление государственных интересов в области военно-технического сотрудничества, в чём и заключается его принципиальное отличие от прочих участников рассматриваемых отношений.

Принципы и порядок деятельности участников военно-технического сотрудничества регулируются законодательством в области межгосударственной торговли вооружениями и военной техникой, приоритет которого перед нормами общего законодательства обусловлен его специальным характером как регулятора специфических отношений по отчуждению и передаче иностранным государствам или по получению от иностранных государств российскими покупателями продукции военного назначения; специфика такого регулирования проявляется также и в отношении унитарных предприятий, созданных государством в лице уполномоченных органов [6]. Сообразно нормативно-правовым требованиям, регулирующим деятельность в области ВТС, все аспекты функционирования государственного посредника как по проведению в жизнь основной деятельности (выполнение функций государственного посредника), так и по поводу управления и оперативно-хозяйственной деятельности предприятия находятся в непосредственном ведении Президента Российской Федерации, что является практической реализацией его исключительных полномочий в области ВТС (ст. 9 Федерального закона «О военно-техническом сотрудничестве»).

Принимая во внимание вышесказанное и специфику осуществляемой им деятельности, следует отметить, что государственный посредник может участвовать во внешнеторговой деятельности только в строгом соответствии с разрешительной системой, которая также выполняет функции государственного контроля, что координируется с императивными нормами Федерального закона «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» [3], регулирующего среди иных отношений и внешнеторговые сделки по поводу продукции военного и специального назначения [11; 12]. Наиболее важными элементами, по поводу которых реализуется функция проведения государственного контроля, являются:

1) контракты с иностранными заказчиками (поставщиками) и договоры с промышленными предприятиями. Данные документы государственный посредник может подписывать и заключать исключительно после вынесения соответствующих решений государственным органом – ФСВТС России (Правительством Российской Федерации). До вынесения указанным органом решения контракт может быть заключён и подписан только при условии внесения в него оговорки о его вступлении в силу после вынесения ФСВТС России требуемого решения и при полном соответствии со Списком;

2) поставка вооружений и военной техники любого формата и вида как предмета ВТС зарубежным приобретателям допускается только при наличии установленной законодательством лицензии КВТС России, выдача которой сопровождается контролем за соблюдением государственным посредником положений нормативно-правовой базы, регулирующей отношения, возникающие из военно-технического сотрудничества. Также проверяется соответствие предмета и иных условий поставки решению ФСВТС России;

3) Федеральная таможенная служба Российской Федерации осуществляет контроль за пересечением продукцией военного назначения, предмета внешнеторгового (внешнеэкономического) контракта с участием государственного посредника, таможенной границы и проверяет соответствие вывозимой продукции военного назначения лицензии, выданной КВТС России.

На основании изложенного полагаем возможным говорить о том, что в отношении продукции, передаваемой в рамках ВТС, создан и функционирует системно обусловленный механизм экспортного контроля за проведением государственным посредником внешнеторговой деятельности в анализируемой области межгосударственного (межправительственного) взаимодействия. Контроль за внутрихозяйственной деятельностью акционерного общества «Рособоронэкспорт» осуществляется исходя из общих оснований, применимых по отношению к любому государственному унитарному предприятию.

Как обоснованно отмечает В.В. Кудашкин, одномоментное соединение и реализация экономических (хозяйственных) интересов предприятий оборонно-промышленного комплекса, а также иных субъектов предпринимательской деятельности как участников ВТС и потребностей государства при исполнении обязательств и осуществлении прав в области военно-технического сотрудничества может быть достигнуто только в форме внешнеторговой деятельности субъекта, наделенного специальными правомочиями, т. е. правомочиями государственного посредника, в которых логично и эффективно взаимосвязаны, во-первых, преимущества коммерческой организации в форме юридического лица – хозяйственного общества (коммерческой организации) и, во-вторых, возможности выполнения государственных, публично-правовых, функций [11].

Из вышеприведённого мнения В.В. Кудашкина и результатов анализа правоотношений в области ВТС следует вывод, что особенностью гражданско-правового статуса государственного посредника, в отличие от статуса прочих участников отношений, возникающих из ВТС, выступает преобладание публично-правовых начал, связанных с достижением государственно обусловленных интересов, здесь – обеспечение национальной безопасности и обороноспособности России, нежели частноправовые, т. е. обусловленные целью извлечения прибыли и её распределения между учредителями (участниками) данного юридического лица. Как мы полагаем, подобное воплощение государственных интересов на практике, несомненно, должно достигаться наряду с необходимостью соблюдения собственных хозяйственно-экономических, в том числе коммерческих, интересов предприятий – разработчиков, производителей и поставщиков продукции в рамках ВТС (вооружений и военной техники, комплектующих к ним, а также связанных с ними работ и услуг).

Специфическими чертами ведении деятельности характеризируется и Государственная корпорация «Ростех», являющаяся экономически и организационно значимым участником военно-технического сотрудничества. Особенности правового статуса названной корпорации заключаются в объёме её рассмотренных выше правомочий. На основе проведённого системного анализа ст. 18 Положения о порядке осуществления военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 сентября 2005 г. № 1062 [4], считаем возможным говорить о том, что исполнение Государственной корпорацией «Ростех» обязанностей управомоченного юридического лица, а именно проведение рекламно-выставочных и маркетинговых мероприятий по продвижению российских видов вооружений и военной техники, выступает формой деятельности в области международной передачи (закупки) вооружений и военной техники как элемента ВТС. Эта деятельность, направленная на реализацию задач военно-технического сотрудничества, по политическому и правовому содержанию имеет специальный характер: рассматриваемое юридическое лицо как таковое не осуществляет разработку и производство продукции военного назначения, не занимается ни её реализацией, ни её закупкой. Однако без его деятельности как непосредственного участника ВТС, без применения специфических приёмов и средств выпуска российской продукции военного назначения на мировой рынок товаров, работ и услуг в сфере вооружений было бы труднодостижимо результативное осуществление иных этапов военно-технического сотрудничества.

В дискурсе анализа и осмысления системно обусловленного формирования законодательных основ правового положения, выделяющих Государственную корпорацию «Ростех» среди прочих участников военно-технического сотрудничества, следует отметить, что её характеризует и особая организационно-правовая форма юридического лица, существенная особенность которой отражена в п. 4 ст. 61 Гражданского кодекса Российской Федерации, который вводит специальное правовое регулирование относительно осуществления процедуры банкротства юридического лица, созданного в данной организационно-правовой форме. В противовес иным разновидностям юридических лиц – хозяйственным обществам и товариществам государственная корпорация, как и государственная компания, может быть признана несостоятельной (банкротом) и ликвидирована согласно положениям федерального закона, на основании которого она и была создана.

Ещё одна особенность дуализма правового положения конкретного участника военно-технического сотрудничества проявляется в том, что согласно п. 1 ст. 12 Федерального закона «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами» среди оснований осуществления права на ведение внешнеторговой деятельности в сфере оборота отдельных видов оружия и военной техники, которое предоставляется организациям – разработчикам, производителям и поставщикам (покупателям) продукции военного назначения, проявляется в передаче ими акций (долей, имущества), находящихся в государственной собственности, Государственной корпорации «Ростех» в качестве имущественного взноса Российской Федерации в (ст. 12 указанного Закона).

В качестве необходимого условия системного анализа правового статуса участников ВТС полагаем логичным раскрыть существенные признаки правового положения организаций – производителей и разработчиков продукции военного назначения. Статья 1 Федерального закона о военно-техническом сотрудничестве закрепляет, что организации – производители продукции военного назначения представляют собой российские юридические лица, имеющие производственные мощности, необходимые для изготовления продукции (выполнения работ, оказания услуг) военного назначения, и получившие лицензии на осуществление указанных в них видов деятельности. Отличительной особенностью, позволяющей отграничить организации – производители, разработчики и поставщики (покупатели) продукции военного назначения от иных участников отношений, возникающих из военно-технического сотрудничества, в соответствии с ч. 2 ст. 12 Федерального закона о военно-техническом сотрудничестве выступает одновременное наличие двух условий для осуществления внешнеторговой деятельности по продвижению продукции военного назначения: во-первых, это нахождение не менее 51 % их акций (долей) в федеральной собственности, а во-вторых, размещение остальных 49 % акций (долей) данных организаций среди российских физических и юридических лиц.

Выступая единственными и, более того, специфическими организациями, основной вид деятельности которых заключается в непосредственной разработке и производстве различных видов вооружений и военной техники, организации – производители и разработчики продукции военного назначения обусловливают и специфику правового регулирования такой деятельности, что также требует доктринального осмысления и законодательного воплощения. Этот подход, например, реализован в российском законодательстве в специальном порядке лицензирования деятельности конкретных субъектов.

Как уже отмечалось выше, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации к субъектам военно-технического сотрудничества относятся: государственный посредник, Государственная корпорация «Ростех», российские организации – разработчики и производители продукции военного назначения, получившие в установленном порядке право на осуществление внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного назначения. Многообразие закреплённых законом субъектов военно-технического сотрудничества приводит нас к выводу о высокой степени дифференциации их правового положения. Указанный вывод о многообразии категорий участников военно-технического сотрудничества в законодательстве подтверждается и научными исследованиями в области военно-правовой науки. Так, А.А. Моисеенков, в отличие от законодательного подхода, выделяет следующих участников военно-технического сотрудничества: государственный посредник, организации – разработчики и производители всех видов (и особенно новых, основанных на прорывных технологиях [13]) вооружений и военной техники, получившие в установленном порядке право на осуществление внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного назначения, и Министерство обороны Российской Федерации [12]. Мы полагаем, что данная парадигма в большей степени соответствует правоотношениям в сфере военно-технического сотрудничества, поскольку учитывает и роль самого государства в них в лице Министерства обороны Российской Федерации (по сути, являющегося элементом публичной власти, но вовлекаемого в отношения частноправового характера, осложнённые иностранным и административно-правовым элементами).

Представляется, что одной из проблем действующего законодательства в сфере военно-технического сотрудничества России с иностранными государствами выступает отсутствие разграничения участников названного сотрудничества по критерию правоотношений, субъектами (сторонами) которых они являются, в первую очередь властеотношений – субординационных отношений, или отношений по поводу оборота товаров, работ и услуг, т. е. отношений, подразумевающих определённое равноправие их участников, хотя и имеющих в качестве предмета особый вид товара – объекты военно-технического сотрудничества. Эта проблема заключается в том, что участники военно-технического сотрудничества – разработчики и производители продукции конкретных видов вооружений и военной техники ориентированы на реализацию продукции военного назначения, произведённой ими. Государство же в сфере военно-технического сотрудничества преследует цели повышения своей обороноспособности и военной безопасности. Установлению необходимого баланса между интересами государства при осуществлении военно-технического сотрудничества, связанными с обеспечением его обороноспособности и военной безопасности, и интересами субъектов военно-технического сотрудничества, выступающих как самостоятельные участники гражданских правоотношений, заинтересованные в реализации произведённой ими продукции на мировом уровне, в определённой степени должна способствовать дифференциация субъектов военно-технического сотрудничества.

Между тем на должном уровне парадигма субъектов военно-технического сотрудничества в действующем законодательстве с учётом их правового статуса и интересов не установлена. Научное обоснование и установление на законодательном уровне такой парадигмы в немалой степени будет способствовать повышению уровня продуктивности военно-технического сотрудничества России с зарубежными странами, что в результате должно привести к повышению обороноспособности и национальной безопасности нашей страны.

Итак, военно-техническое сотрудничество Российской Федерации призвано способствовать продвижению национальных интересов Российского государства на универсальном уровне, и важную роль в его эффективном осуществлении играют участники данных отношений.

С учётом необходимости поддержания на должном уровне обороноспособности Российской Федерации автором предложена классификация российских участников военно-технического сотрудничества по признаку включения субъекта правового регулирования в систему административного управления на две группы участников: а) субъекты военно-технического сотрудничества публичного права: Государственная корпорация «Ростех» и АО «Рособоронэкспорт»; б) участники военно-технического сотрудничества – субъекты частного права: организации – производители и разработчики продукции военного назначения.

На основании вида организационно-правовой формы, в которой они созданы и осуществляют свою деятельность, участники военно-технического сотрудничества могут быть классифицированы следующим образом: а) акционерные общества: АО «Рособоронэкспорт», предприятия – производители и разработчики продукции военного назначения; б) Государственная корпорация «Ростех», правовой статус которой характеризуется теми функционально определёнными целями и задачами, которые стоят перед данной организацией и связаны с проведением рекламно-выставочной и маркетинговой деятельности и участием в организации и проведении выставок (показов) продукции военного назначения.

Кроме того, считаем необходимым отметить особую роль государственного посредника в сфере военно-технического сотрудничества и специфику его гражданско-правового положения как субъекта военно-технического сотрудничества, что также должно быть учтено при внесении изменений и дополнений в нормативно-правовую базу, регулирующую военно-техническое сотрудничество.

Таким образом, хотя субъекты военно-технического сотрудничества играют важнейшую роль в поддержании лидирующих позиций Российской Федерации на мировой арене в области экспорта вооружений и военной техники, но до настоящего времени сохраняются противоречия между потребностями в системе субъектов военно-технического сотрудничества, выстроенной на основе выверенных и отвечающих требованиям времени принципов их классификации, а также правового закрепления специфики их правового статуса, и действующим законодательством в указанной сфере.

 

Литература

 

  1. О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами: федер. закон от 19 июля 1998 г. № 114-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 1998. – № 30. – Ст. 3610.
  2. О Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех»: федер. закон от 23 нояб. 2007 г. № 270-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2007. – № 48. – Ч. 2. – Ст. 5814.
  3. Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности: федер. закон от 8 дек. 2003 г. № 164-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2003. – № 50. – Ст. 4850.
  4. Положение о порядке осуществления военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами: утверждено Указом Президента Рос. Федерации от 10 сент. 2005 г. № 1062 // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2012. – № 24. – Ст. 3140.
  5. Борисова, Д.О. Гражданско-правовое положение субъектов военно-технического сотрудничества на современном этапе развития военной организации государства / Д.О. Борисова // Воен. право. – 2014. – № 2. – С. 3 – 12.
  6. Борисова, Д.О. Правовое регулирование деятельности субъектов военно-технического сотрудничества как средство укрепления обороноспособности Российской Федерации / Д.О. Борисова // Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (10 октября 2015 г., г. Волгоград). Вып. 2 «Основные проблемы и тенденции развития в современной юриспруденции». – Волгоград, 2015. – С. 48 – 51.
  7. Землин, А.И. О роли и неотложных задачах военно-правовой науки в современных условиях / А.И. Землин // Вестн. воен. права. – 2016. – № 1. – С. 41 – 46.
  8. Землин, А.И. О генезисе и перспективах развития военной администрации / А.И. Землин // Вестн. воен. права. – 2016. – № 3. – С. 39 – 46.
  9. Корякин, В.М. Военная организация государства: структура, предназначение и перспективы / В.М. Корякин // Вестн. воен. права. – 2016. – № 1. – С. 47 – 54.
  10. Кудашкин, А.В. Военная организация государства: понятие, структура, правовое положение, проблемы институционализации. [Электронный ресурс] / А.В. Кудашкин. – Режим доступа: http://www.voennoepravo.ru (дата обращения: 27.06.2018).
  11. Кудашкин, В.В. Правовое регулирование военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами: дис. … д-ра юрид. наук / В.В. Кудашкин. – М., 2003. – 387 с.
  12. Моисеенков, А.А. Правовое регулирование деятельности субъектов военно-технического сотрудничества: дис. … канд. юрид. наук / А.А. Моисеенков. – М., 2006. – 209 c.
  13. Оганджанян, С.Б. Перспективы реализации метода мониторинга сложной эволюционирующей системы в контексте обоснования путей развития правовых норм и отраслей права / С.Б. Оганджанян, Г.Е. Слепко, Г.Н. Гудов // XVI Всероссийская научная конференция «Нейрокомпьютеры и их применение»: тезисы докладов. – М: ФГБОУ ВО МГППУ, 2018. – С. 396 – 398.
  14. Рыльская, М.А. О некоторых особенностях межотраслевого нормативно-правового регулирования военно-технического сотрудничества / М.А. Рыльская, А.Е. Лондарская // Вестн. Рос. таможен. акад. – 2008. – № 3. – С. 84 – 90.
  15. Старцун, В.Н. Синергетический потенциал военного права в обеспечении международного мира и безопасности на современном этапе развития российской государственности / В.Н. Старцун // Вестн. воен. права. – 2016. – № 1. – С. 35 – 40.

Комментарии (0)

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста, авторизуйтесь.

Нет комментариев

Обратная связь